Сагадай Мэргэн Хоца Намсараев

У нас вы можете скачать книгу Сагадай Мэргэн Хоца Намсараев в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Неплохая книга для подростков. Тема сейчас эта очень популярна. В наше время многие ведут жизнь Я никогда не просматриваю аннотации и рецензии к книгам до того, как их прочесть.

Для регистрации на BookMix. Подробнее об акции [x]. Я читал эту книгу. То правда — быть в жестокий век жестоким, сжимая саблю от тяжелых дум. И хан бывает жутко одиноким в веселом городе Кара-Корум, возникшем полуявью, получудом среди степей орхонских и холмов, бухарской негой и китайским блюдом дух убаюкивая степняков.

Не лучше ли, припав губами к чаше, наполненной дурманящим вином, ласкать горячих женщин и все чаще под утро забываться мертвым сном.

Он пил до дна, не оставляя зла. И во хмелю, казалось, был добрее к послам, которым снилась пиала из черепа кагана Угэдэя. Он встал, на тлеющие угли очага подбросил сухие поленья, поставил подогреть чан. Некоторое время смотрел на разгорающийся огонь, осмысливая тревожный сон.

Перед его глазами всё ещё стоял образ любимого деда в меховом малахае, каким он запомнил его в последние годы жизни. Уведу ему мулхана, зарежу на могиле, старик просит живой крови. Вспомнив, что ночью вьюжило, Абага прислушался: За короткий зимний день ему предстояло осмотреть самоловы подгольцового путика, обновить приманку, поправить ловушки, срубить несколько кулемок в местах соболиных узерок. Пожевав вяленой оленины, запил крепким чаем и вышел из чума. Пушок с визгом бросился к нему под ноги, прыгнул на грудь, радостно лизнул хозяина в лицо.

Приласкав собаку, он спокойно, но властно приказал ей идти в свое гнездо. Абага одел заплечную сумку, встал на лыжи, подхватил бердану с сошками и двинулся на осмотр путика.

Пушок выжидающе высунул голову, но охотник пригрозил ему, и он спрятался в своем гнезде. Ходко идет Абага по запорошенной снежной тайге. После вчерашнего снегопада погода прояснилась, легкий морозец бодрил душу, обжигал смуглые щёки. Над лесом занималась полоска багрянца, расплескивая золотые всполохи по утреннему мутно-синему небу.

Охотник шёл в хорошем настроении, радостно воспринимая это обновление зимней природы. Проверив настороженные на горностая черканы в пойме ключа, поднялся на береговую террасу, остановился в раздумье, оглядывая бесконечный зеленый океан. Множество тайн сохраняет она под своим зеленым пологом, — заключил он, неторопливо продолжая путь и разглядывая следы. Вот снега коснулся мягкий росчерк крыла совы, сорвавшейся с деревца на склоне, тут — свежие наброды белки, здесь — чёткие отпечатки глухариных лап.

А там темно-бурой тенью на зеленом фоне хвои скользнула кабарожка, отыскивая спасение в курумниках. Камусные лыжи бесшумны при ходьбе. Меховая одежда не создает шорохов, когда задевает скованные морозом ветки. Белесо-серый цвет малины скрадывает движение. Абага, кажется, беззвучно плывет по тайге, зорким глазом наблюдая за всем, что происходит вокруг.

В вершине ключа Батанай совсем близко подошел к кормившимся оленям. Двенадцать животных сбились в кучу, настороженно вскинув ветвистые рога, непонимающе таращат глаза в сторону охотника.

Рослый вожак с широким развалом рогов настороженно фыркнул, втягивая воздух раздутыми ноздрями. Он чует опасность, но не слышит и не видит ее. Абага негромко свистнул, тогда рогач сорвался с места, огромными прыжками помчался вверх к перевалу, увлекая за собой стадо. Поднявшись на перевал, Абага вздрогнул от неожиданности. С каменных нагромождений к чумнице тянулся широкий след продолговатых лап. Проказница-росомаха вышла на проложенный человеком след и направилась путиком искать корм.

В урочище охотника, где он белкует с собаками, добывает пушных зверьков самоловами, давно не заходили эти пакостные хищники. На его промысловом участке стоят настороженные пасти, насаженные мясом рожни.

По весне он спускает эти крупные ловчие устройства, просушивает срубленные плотиками гнеты, а осенью, после белковья с собаками, заряжает снова.

И так повторяется из года в год. У Абаги пропало доброе настроение. За многие годы промысла он изучил дерзкие повадки этого зверя. Он как будто создан в наказание другим.

Он не может на своих коротких лапах ловить для себя добычу. Потому и бродит по всякому следу, какой только встретит в тайге, подбирая остатки чужой пищи. В своих скитаниях росомаха неутомима. В любую погоду бродит по тайге. Брошенные кости, кусок мёрзлой шкуры — все подбирает на чужой тропе. Без малейшего страха перед человеком зорит его лабазы, опустошает зимовья, грабит амбарчики. Пользуясь мускусной железой, скалывает собак со следа.

В любое время года подбирая в тайге нечистоты, предупреждает вспышки эпидемий. В этом заключается мудрость ее существования. На промысловых путиках росомаха приносит много вреда. Раскапывая кулемки с обратной стороны, спускает насторожки; разбивая самоловы, уносит и поедает не только наживу, но н дорогую добычу Абага, предвидя беду, торопливо идет по чумнине.

Впереди под огромным кедром стоит первая кулемка. Охотник издали замечает спущенный давок, разбросанные по сторонам колья ловчего дворика. Он подошёл к разграбленному самолову, тронул сошками притоптанный снег — определил, что росомаха была здесь совсем недавно.

Если она задержится у других ловушек, а он поспешит, тогда их встреча произойдёт на круговом путике. Сбросив с рук лосиные верхонки, охотник взял ружьё на изготовку, двинулся вперед широким шагом.

Забыв обо всем, он торопится наверстать время, чтобы поскорее настичь хищницу. Давно он не бегал с таким молодым задором. Увлечённый преследованием, забыл о ломоте в ногах, о том, что боль в пояснице не даёт вечерами уснуть.

В нём проснулся тот азарт, с каким когда-то, в молодые годы, без устали преследовал по буреломам крупных котов-соболей, загоняя их в коренные запуски каменные россыпи, в которых прячется от преследования соболь. Позади остаются разломанные кулемки, разбитые черканы, спущенные с очепа заячьи петли. Охотник оставляет их без внимания, спешит поскорее догнать и наказать обидчицу, причинившую столько вреда его промыслу.

Его особенно беспокоит та вредная привычка, по которой однажды, получив пищу на путике, росомаха привыкает периодически навещать его, зорить и нарушать ловушки, пока, в конце концов, сама не будет уничтожена. Абага не заметил, как пробежал половину пути до излучины, где чумница, спускаясь с крутого косогора и соседний распадок, поворачивала в обратном направлении.

Скользя по склону в молодом подлеске, он выбежал на прогал и круто затормозил. Впереди, с правой стороны в десяти саженях увидел росомаху. Она стояла на задних лапах у пня, оскалив страшные клыки. Охотник торопливо приложился к ружью. Но росомаха оставалась в прежнем положении, не старалась удрать.

Присмотревшись, он понял, что зверь попал в ловушку. Свернув с чумницы в целик, Абага подошел ближе, чтобы расправиться с ней. Сердито рыча, росомаха исступленно забилась возле рожня, с защемленной в расколе лапой. Абага поставил берданку к дереву, выдернул из-за пояса топор, приблизился к хищнику на роковую сажень. Теперь одним ловким ударом он мог успокоить ее навсегда. Зверюга припала к пню, прижав к голове маленькие округлые уши и не сводя с него пронзительных навыкате глаз, полных отчаянной непокорной злобы.

Природа-мать обделила этого зверя способностью добывать корм, и потому слывёт она падчерицей среди таёжных обитателей, причиняя вред всем ради своего спасения. Виновата ли она, что судьба так неблагодарна к ней? В природе нет только вредных существ, как и совсем полезных. Каждое животное приносит пользу и вред, а чего больше — никому неведомо.

Но всем хочется жить, даже в самых невыносимых условиях. Впервые за многие годы охоты Абага по-иному взглянул на росомаху. Он обошёл рожень с другой стороны и двумя сильными ударами топора отрубил дранощепину, освободив лапу зверя. Росомаха присела, сжалась в комок, ожидая страшного удара, но, почуяв свободу, метнулась в чащу, оставляя кровавый след на снегу. Светлая шлейка несколько раз мелькнула в густой поросли и исчезла. Абага, громко рассмеявшись, пригрозил: Долго занозы и лапе будешь лизать.

Он вернулся на чумницу и тяжелым шагом побрел к табору. Придя в чум, поведал Пушку этот случай. А вечером, когда пламя очага плясало на его старческом лице, шевеля иссохшими губами, он запел чуть слышно песню, в которой рассказывал о своих думах, сомнениях и переживаниях прошедшего дня… ГОН Месяц продолжаются волчьи свадьбы.

Старые волчицы, выбрав, сильных самцов, завершают вязки, а молодые только приходят в охоту. То в одной, то в другой группе зверей возникают ожесточённые драки. Иногда в ссору вступают сразу несколько матёрых, и тогда разъяренные звери схватываются особенно жестоко. Истерзанные в поединках гнездари, с запекшейся кровью в грубой шерсти, отступают, злобно разгоняя прибылых волчат. Семья движется растянутым строем, не имея определенного маршрута.

Пары, предпочитая спокойное уединение, покидают стаю. В этот период волчья семья не устраивает коллективных загонов, каждый зверь питается случайной пищей, какую только может найти в этот трудный для него период.

Забывая всякую осторожность, волки бродят но окрестным лесам. В это время волки представляют несомненную угрозу для каждого, кто встретится на их пути. И всё живущее в тайге старается подальше укрыться от их шумных свадебных баталий Месяц спустя после окончания гона волчицы тяжелеют и с возобновлением охот отступают назад в боевом строю, не принимая участия в нападении. Возмужавшие к тому времени переярки занимают передовые места, делом доказывая, на что они способны.

При разделе добычи, как и прежде, самки получают законную долю пищи под опекой своих поклонников, с которыми вступили в этом сезоне в брачные игры. Виновато тянутся они к мясу, осторожно, прижимая уши, берут чужую добычу. Опекуны дружелюбно ворчат, уступая им лакомые кусочки.

Они оберегают их на переходах, следя за тем, чтобы подруга никем не была обижена. В поведении старых волков ярко выражен отцовский инстинкт заботы о будущем потомстве. Вот кончились январские холода, хмурыми вьюгами промчался февраль, осел мартовский ноздреватый снег — и в воздухе запахло весной. Деревья раскачивают оттаявшие ветки, как отогретые на тёплом ветру руки, мягкая хвоя многолетних кедров сбрасывает пышный куржак.

Чётче вырисовываются очертания остроконечных гольцов, залитых ярким светом, величественно возвышающихся над цепыо нескончаемых гор. Но звёздными ночами всё ещё крепчает мороз, спекается в чарым ледяная корочка на поверхности снега. В это голодное время волчьи охоты успешны манёвренными переходами. Резвым поиском в предрассветный заморозок по затвердевшему чарыму они покрывают огромные расстояния.

Беспомощные копытные звери, преследуемые хищниками, неспособны уйти далеко, режут ноги об острую корочку ледяного панциря. Поэтому старые быки уводят стадо на северные склоки, слабо прогреваемые солнечными лучами. В этот опасный период животные отстаиваются на небольших кормовых участках, не прокладывая следа, который могут обнаружить враги.

Волкам трудно отыскать их жировку, найти новую жертву, но добыть её не составляет особых затруднений. После гона Трехпалый повёл стаю на правах вожака. Старые самцы неохотно покорились ему, и только после двух-трёх жестоких стычек, в которых пришлось проучить опытных гнездарей, стая признала его. Звери рыщут по распадкам, тщетно отыскивая изюбриные наброды.

Трехпалый ведет стаю по вершинам северных склонов ключей, в надежде обнаружить отстойную жировку. Волки передвигаются в тёмное время, когда легкость ночного хода позволяет обследовать обширные площади.

Вот след волчьей семьи разделился на два нарыска. Два опытных матёрых отделились от общего строя и увели трёх переярков в Черемшаный ключ. К рассвету они наткнулись на двух сохатых, кормившихся на северном склоне. Матёрые обошли лосей водораздельной линией, скрадывая сверху. Один из переярков поднялся выше по ключу, для случайного загона. Два других молодых волка спустились вниз и залегли в устье ручья, впадающего в таёжную речку. Почуяв приближение хищников, лоси стали уходить по косогору.

Впереди размашистой иноходью шёл крупный бык. За ним на некотором удалении грузно бежала стельная лосиха. Бег её заметно замедлялся, тяжелел. Матерым скоро удалось её догнать. Хищники, метнувшись с двух сторон, вцепились в бока, и она натужно потащила их вниз по склону.

Перейдя русло ручья, угодила в кочкарник, поросший высоким ерником, забитый глубоким плотным снегом. Выскочив на другой берег, попробовала подняться вверх к перевалу, куда ушёл бык, но силы покидали её, и она свернула вниз к реке, где её ожидала засада.

До устья ключа лосиха не добежала, волоча на боках тяжёлый живой груз. Споткнувшись о колоду, упала, сунувшись горячей мордой в снег. Матёрые мгновенно подобрались к горлу. А от речки на помощь неслись два переярка.

Третий переярок, не принимавший участия в охоте, кинулся прямым путем туда, где охотилась основная стая. Выйдя к стае, он помахал хвостом, припал па передние лапы п во весь опор помчался обратно, где четыре хищника рвали жертву.

Вся стая без промедления последовала за ним. Рогач не поднимается на отстой, пока хватает сил спасаться бегством. В глубоком снегу он идёт быстрее и потому старается скрыться от хищников стремительным броском. Испугав изюбра внезапным нападением, волки не спешат его догнать. Преследуя неторопливой рысью, они спрямляют расстояние, не отдаляясь от следа.

Едва рогач успокоился и начал кормиться, как подоспевшие волки делают новый напуск. Напуганный изюбр мотнулся вниз с косогора, прыжками пересёк широкую пойму ключа и ушёл распадком в сосновый бор. Развернутая шеренга волков перестроилась в ровную пеночку, сохраняя силы для решающего броска. Ведёт стаю опытный вожак по кличке Рваное Ухо. В вершине речки Нельги хищники вновь почуяли близость утомлённого преследованием изюбра. Вожак сошёл с тропы, пропустив трёх матерых зверей.

Устроить загон или облавную охоту в этом месте было нельзя. Опытные бойцовые волки кинулись к изюбру с разных сторон, стронув быка с жировки. Запрокинув ветвистые рога на спину, мчится он по тайге, не разбирая направления, стремясь подальше уйти от опасных преследователей.

Нападающие пропустили строй волчьей семьи, идущей гуськом, и примкнули сзади. Изюбриный размашистый след пересекают два свежих козьих наброда. На мгновение стая замерла в ожидании решения вожака: Утомленные длительной охотой волки чувствуют острый голод.

Два нетерпеливых прибылых, чуя близость лёгкой добычи, свернули в сторону, но предостерегающий рык вожака напомнил о незыблемости волчьих законов, за нарушение которых расплачиваются жестоко. Рваное Ухо прыжками пошел по изюбриному следу. За ним последовала волчица и вся стая. Молодые ретивые волки послушно присоединились к ним. Предполагая скорый загон, звери проявляли все большее беспокойство, нарушая движение обычного строя.

Теперь бык движется устало, не может уйти от преследующей стаи. Волки предприняли еще одну попытку атаковать рогача, но он снова спасается в стремительном броске. Два матерых хищника, принимавшие раньше участие в загонах, свернули с тропы, отделились от стаи. Наконец, переступая передними лапами, Рваное Ухо подаёт сигнал готовности. Звери занимают позиции для решающего броска. Прибылые суетятся позади строя матёрых, переярки —на флангах, готовые в нужную минуту принять участие в загоне.

Почуяв близкую опасность, изюбр кинулся в ключ, где в зарослях ерника мог наверстать время. Две серые тени, мелькнувшие впереди, заставили его свернуть с намеченного пути и пойти вверх по склону, к скалистой сопке. Волки бегут справа и слева и совсем близко сзади: Мгновенно развернувшись, с налитыми кровью глазами, угрожающе опустил ветвистые рога, готовый до конца защищать свою жизнь.

Путь к жертве только один, который ограждается массивной головой с острыми концами рогов. Бык способен нанести смертельный удар самому крупному матёрому волку.

В подобных случаях у близкой добычи часто гибнут нетерпеливые звери. Но никогда ещё загнанный на отстой изюбр не уходил отсюда живым.

Утомлённый длительным преследованием, вымотавшийся без корма, он не в силах долго стоять на высоком месте, открытом холодным ветрам.

Волки приблизились к отстою: Погоня увенчалась успехом, олень стоит перед ними в нескольких метрах, прижатый на отвесной скале. Хищники пока не решаются нападать, ждут сигнала вожака.

Рваное Ухо неторопливо подошёл к нагромождению камней. С расстояния одного ловчего прыжка взглянул на жертву кровожадным взглядом. Затем спустился вниз, с достоинством лег у самых камней. Другие матёрые последовали его примеру, разместились поблизости плотным кольцом. Переярки устроились в стороне, наблюдая за поведением взрослых. И только прибылые бесцельно суетятся вокруг, недоумевая, почему же не взять столь близкой добычи Время работает на хищников.

Проходят часы, крепчает ночной мороз. Волки отдыхают, а загнанный на отстой голодный бык теряет силы Высоко в небе поднялась полная луна, освещая бледным светом уснувшую тайгу. Заснеженные ели дремлют в ее обворожительно матовом свете. Летний ночной ветерок чуть колышет укрытые белым покрывалом закоченевшие ветки. Холодные блики теней медленно ложатся на искрящийся снег. Вверху на огромном валуне неподвижно возвышается, будто высеченный из того же гранита, изюбр.

Стражем стоит он, поднятый к поднебесью паническим страхом. Закуржавевшие от мороза волки следят за каждым его движением. Вот истекает долгая зимняя ночь. Полная луна прячется в густой кроне сосен, обвязанных белоснежным кружевом инея. Золотая полоска зари извещает о приближении нового дня. Изнуренный бык с трудом держится на ногах, прозябший после вчерашней жаркой погони. Ему хочется сорваться со скалы и умчаться в далекие кормовые ключи, где можно спокойно разгуливать по косогорам, ощипывая сухой сытный визиль.

Но перед ним лежат волки, готовые броситься на него при первом неосмотрительном шаге. Рваное Ухо поднялся, спокойно потянулся, расправив лохматый хвост, и уверенно направился к отстою. Два опытных хищника последовали за ним. Остальные в нерешительности топчутся на своих местах. Переярки остались лежать, а молодые волчата вновь бестолково засуетились. Вожак подошел к отстою, разинув клыкастую пасть, начал атаковать, увертываясь от ударов тяжёлых рогов.

В то же время остромордая волчица, вздыбив загривок, пытается схватить быка за горло с другой стороны. Место для нападения настолько тесное, что третьему волку не удается подобраться к изюбру. Бык пытается отбросить наседающих хищников. Изловчившись, когда рогач отбивал вожака, незримой тенью метнулась вперёд волчица, лязгнув зубами у самого уха зверя, и мгновенно скатилась вниз. Бык стремительно развернулся к ней, и в этот момент третий волк, до сих пор не принимавший участия в нападении, рванулся к нему.

Изюбр от неожиданности прянул назад, потеряв равновесие, тяжелой массой полетел со скалы. Серые камни под отстоем да голубой от лунного света искрящийся снег стали свидетелями лесной трагедии.

Трехпалый спустился с гольца, поджимая повреждённую ногу. Дрожь колотит измождённое голодом тело. Он жадно хватает снег, точно желая им насытиться. Переход через гольцы оказался изнурительным. Он всё ещё ковыляет по следам лосей. Спустившись в распадок, поросший мелким частым осинником и хвойным подлеском, Трехпалый встретил свежие погрызы на стволах осин, скусанные ивовые и рябиновые прутья.

Сохатые покормились и ушли с жировки на отдых. Волк жадно потянул носом воздух и почуял близость зверей. Скользнув под огромную разлапистую ель, улёгся под навесом ветвей. Его раздражает голод, манит дурманящий сохатиный запах, угнетают боль и беспомощность. Он снова поднялся и побрёл прочь от лосиной жировки. Перед ним была желанная добыча, и впервые за восемь зим он не преследовал, а трусливо обходил её.

Силы покидали его, но желание выжить толкало вперед на поиски любой пищи. Так Трехпалый наткнулся на остатки пиршества волчьей стаи, которая, поспешно расправившись с жертвой, ушла на отдых и не вернулась. Он долго стоял, настороженно всматриваясь по сторонам, пока не почуял, что волки покинули это место совсем.

Только тогда по-воровски подполз к останкам изюбра. Бедность — это унижение, страх, тоска и много других страшных слов. Только дураки романтизируют бедность. Несколько лет назад я получила письмо от […]. Раздумываете над подарком к Женскому дню?

К букету весенних цветов отлично подойдет хорошая книга. Ей только одиннадцать, но она мечтает стать ученым. Свое первое научное открытие она совершила жарким засушливым летом. В рассказе изображено дореволюционное прошлое Бурятии. И носит антирелигиозный характер, критикующий лам.

В рассказе сатирически остро нарисован образ высокопоставленного ламы. Рассказ о беспросветной жизни бедных бурят в дореволюционном улусе, на примере жизни бедняка Чернолицого.

Автор продолжает тему народного бесправия, страданий, нищеты и голода. Сатирический рассказ о ламе. Это рассказ — разоблачение безнравственности буддийских монахов, их лицемерия.